Титаники Минздрава

Зачем наилучшие мед учреждения объединяют в неуклюжие кластеры
Счёт загадочных слияний идёт уже на 10-ки, даже их подготовительного дискуссии в мед кругах не происходит.

В последних числах Мая министр здравоохранения РФ Вероника Скворцова, выступая перед сотрудниками Федерального мед исследовательского центра им. В.А. Алмазова, довела до их сведения, что центр соединят с Научно-исследовательским нейрохирургическим институтом им. А.Л. Поленова.

В институте об объединении обусловили совсем из официального письма, пришедшего фельдъегерской почтой. Ведущие доктора наук нейрохирургии потрясены это всё приравнивается что скрещивать ежа с гиппопотамом. Но, в случае если разобраться, резоны но имеется. Вправду, непосредственного отношения к медицине они не имеют.

Таких не берут в нездоровые
Практически для хоть какого доктора его больница неподражаема. Так же как школа для педагога или завод для инженера.

Вопрос в том, поверит ли их аргументам человек с улицы. В Институте Поленова убедительные аргументы посиживают на лавочках в коридорах это родственники нездоровых. Практически хоть какой попал ко мне через долгую вереницу отказов: бесперспективный случай, анатомически сложная обстановка стандартные ответы в почти всех больницах.

Один из Нальчика, 2-ой из Иркутска не ближний свет от Санкт-Петербурга. Родственники потому что не повезут хворого, если не веруют, что здесь ему окажут помощь.

Положила мама в дорогую клинику в Москве: не плохое оборудование, прекрасные палаты, гласит Тамара из Нижнего Новгорода. Позднее пригляделась, в каком виде привозят людей из операционной, и бежали оттуда рысью. Мы лучше здесь в коридоре полежим.
Это не значит, что в других нейрохирургических отделениях страны трудятся бездушные животные.

Бездушна одна совокупа Минздрава, которую сформировывает не докторское общество, а малограмотные самоуверенные экономисты. Согласно их точке зрения, медицина подобающа напоминать конвейер: совершили шунтирование, полежал пару дней в палате и к себе. премии и Надбавки докторов зависят не от эффективности лечения, а от количества сэкономленных средств. Как в спорте: нормативы, квоты, задержки.

Поленовский университет с его всемирный известностью из нормативов выбивается. Тут исторически ориентированы лечить людей годами и поднимать на ноги самых неисправимых.

До того времени пока ещё университет приобретает на лечение тяжёлого больного Сто пятьдесят четыре тыс. рублей мало, но доктора говорят, что этого достаточно.
На больных реанимации страшно наблюдать. Вот сварщик из Тосно, упавший с высоты, деформированы грудная клетка и череп.

Юная дама после ДТП. На одной из кроватей маленький годовалый ребёнок, которого сбила машина на пешеходном переходе.

Он в сознании, пристально наблюдает на визитёров, но дышать не может из горла торчит трубка аппарата неестественного дыхания.
Ясно, что скоро этих людей не вылечить. А позиция любителей нормативов сводится к тому, что раз дорого, помогать им и не необходимо пускай помирают дома. Не глядя на то, что в отделении все стены увешаны фотографиями радующихся людей, которые когда-то были в таком же овощном состоянии.

Тут поставили на ноги больного с пятью абсцессами мозга, а одна женщина после выздоровления победила опытный конкурс скрипачей.
Доктора желали бы продемонстрировать это всё главе Минздрава Веронике Скворцовой. Кое-какие профессоры её знают лично и уверены, что инициатива с реорганизацией исходит не от министра. Скворцова приехала в университет Двадцать восемь июня.

Она уверила сотрудников, что от объединения с Центром Алмазова им будет лишь лучше: больше шансов, современнее оборудование.
Но то же самое Минздрав давал слово в Две тысячи одиннадцать г. во время объединения Медицинской академии им. И.И.

Мечникова с Санкт-Петербургской медицинской академией последипломного образования (МАПО). Уже через два месяца многие сотрудники взяли уведомление: дескать, в связи с переходом на новые рельсы ваша должность ликвидируется. Кое-какие эксперты ушли сами.

А в научной работе образованного супервуза не заметно качественных прорывов.
В Университете Поленова опасаются, что у них всё возможно окажется ещё хуже. Об трансформации трудовых контрактов с Один ноября Две тысячи четырнадцать г. отдел кадров начал информировать сотрудников сразу после решения министерства. Вместе с этим открыто признавалось, что чётких замыслов реструкуризации нет. О принятом в Минздраве ответе, как выяснилось, не знал Александр Коновалов 80-летний академик, директор НИИ нейрохирургии им.

Н.Н. Бурденко и глава Ассоциации нейрохирургов РФ. Коновалов написал в Минздрав заявление, что не желает больше главенствовать нейрохирургом России.

И прошение мгновенно удовлетворили.
Поленовцы заявили о необходимости сохранить после реструкуризации хотя бы лицевой счёт и отдельный баланс, и вдобавок право оперативно руководить средствами в пределах собственной компетенции. Это разрешило бы, как сейчас, месяцами лечить тяжёлых больных. Отчего же Минздрав на это категорически не соглашается, в случае если всё так гладко?

И самое основное не понятен суть объединения двух учреждений, которые подходят друг дружке, как Отелло и Дездемона.
Не сошлись скальпелями
Поленовский университет родом из императорских времён: указ о создании первого в мире университета хирургической невропатологии в строении Александринской женской поликлиники подписал Николай II в Одна тысяча девятьсот тринадцать году.

Из-за революций и войн до практических шагов не дошло, но идею развили коммунисты во второй половине 20-ых годов двадцатого века. У истоков университета поднялась лучшая старорежимная профессура, а в годы репрессий его возглавил врач из Пензы Андрей Поленов его происхождение смотрелось надёжнее лейб-медика царской семьи доктора наук Сергея Фёдорова.
В конце 1940-х в университет пришли доктора войны, взявшие в нейрохирургических больницах ужасную и бесценную практику.

До ближайшего времени на Поленовском проекте да столичном НИИ им. Бурденко держалась вся русский нейрохирургия: лучшие эксперты страны тут или трудились, или получали образование ординатуре. А в институтский стационар везут больных с самыми сложными, фактически неоперабельными опухолями. И ещё не было случая, чтобы тут развели руками и послали больного за границу.
В части медицинского оборудования в университете имеется всё передовое, говорит начальник отделения опухолей головного и спинного мозга доктор наук Виктор Олюшин.

У нас весьма сбалансированный, верный традициям коллектив. После распада СССР многие эксперты, среди них и я, уезжали за границу, но большая часть возвратились для потрясающей воздуха университета.

Ощущаешь себя во главе нейрохирургической науки: у нас тут Восемьдесят научных сотрудников, из них Двадцать два профессор . В отечественном стационаре оперируются полторы тысячи тяжёлых больных каждый год, ещё Шесть тысяч на амбулаторном лечении. Я не осознаю, зачем нас с кем-то объединять.

Я бы ещё осознал, если б нас включили в один кластер с Психоневрологическим университетом имени Бехтерева. Либо с Университетом мозга. Но Центр Алмазова это совсем вторая история. В случае если мы занимаемся онкологией и нейрохирургией, то они в главном эндокринологией и кардиологией.
Центр вырос из НИИ кардиологии, созданного в Одна тысяча девятьсот восемьдесят г. по инициативе будущего академика Владимира Алмазова.

В Одна тысяча девятьсот восемьдесят восемь г. для него начали строить современный клинико-поликлинический комплекс на Четыреста восемьдесят коек, но помешал распад страны. Строительство возобновилось лишь в Две тысячи один г., и через Восемь лет Федеральный центр сердца, эндокринологии и крови им. В.А. Алмазова стал одной из наибольших и современнейших клиник в стране.

В центр входит шесть одних лишь научно-исследовательских университетов: НИИ сосудов и сердца, др и НИИ гематологии.
Алмазовский центр развивался при деятельном участии руководителей страны: его попечительский совет возглавляет спикер Совфеда Валентина Матвиенко.

А достройку центра курировал её предшественник Сергей Миронов, открывавший первый корпус нового медицинские учреждения. Генподрядчиком строительства выступила компания Интарсия, среди обладателей которой предприниматель Геннадий Явник, собиравший средства на реставрацию Константиновского дворца в Стрельне.

Интарсия приложила руку к реставрации чуть не всех достопримечательностей Санкт-Петербурга от Академии художеств и Смольного собора до Эрмитажа и Ростральных колонн. С началом Центра Алмазова и сотрудничества компании цена нового лечебно-реабилитационного комплекса скоро выросла с 2,3 млрд. до 5,8 млрд. рублей. А закончить объект планируется только через два года.

Объединение центра с университетом им. Поленова больше напоминает поглощение: у алмазовского детища около Пять тыс. коек, а у поленовцев всего 200. Директор университета Игорь Яковенко от комментариев отказался, не глядя на то, что Сто шестьдесят три его сотрудника подписали открытое письмо к губернатору Георгию Полтавченко за сохранение самостоятельности.

В Центре Алмазова о слиянии тоже говорят сдержанно. По словам помощника директора центра по научно-лечебной работе Михаила Карпенко, определённого метода реструкуризации нет. Мы сохраняем надежду, что нам удастся сохранить потенциал университета, что к нам присоединяется, отметил Карпенко.
В университете как раз потери потенциала и опасаются.

Заявлено, что продукт слияния будет именоваться Северо-Западный федеральный медицинский исследовательский центр (СЗФМИЦ). Имена Андрея Поленова и Владимира Алмазова из заглавия провалятся сквозь землю, что уже вызвало недовольство в обоих медицинских коллективах. Ну и с позиций менеджмента полный вздор.
Всю землю знает бренд Университет Поленова, говорит начальник отделения анестезиологии-реаниматологии доктор наук Анатолий Кондратьев. Берлинский госпиталь Шарите не менял заглавия ни при Веймарской республике, ни при фашистах, ни при коммунистах.

И парижская клиника Сальпетриер Двести двадцать лет дорожит именем. Я ещё осознаю, если б мы производили невостребованных либо некачественных экспертов. Но нейрохирургов в стране не достаточно.

Летальность при операциях у нас на уровне среднеевропейской, по некоторым позициям ниже. Это ерунда, что в стране погибла наука: у нас имеется красивые методики, отечественным опытом интересуются ведущие медицинские издания. Нас всегда пытаются реорганизовать сверху, вместо того чтобы доверить этот процесс самим докторам.

Потому что всё строится на нюансах, которые мы понимаем лучше государственныхы служащих. Неужто после Гражданской войны, когда отечественный университет создавался, страна была богаче, чем сейчас? По какой причине Совнарком понимал его значимость лучше сегодняшних реформаторов?

Пилить либо лечить?
Но нереально поверить, что новая идея слияния показалась от недочёта ума. Бюджет университета около Пятьсот млн. рублей в год, зарплаты сотрудников низкие тут отхватить нечего. Университету в собственности четырёхэтажный дом-монумент на улице Маяковского это Двести метров от Невского. Допустим, университет переведут, а строение реализуют.

С одной стороны, оно стоит чуть в глубине квартала, что удобно для гостиницы. С другой не факт, что найдётся клиент.

Потому что потребуется дорогостоящая реконструкция с перепланировкой всех внутренних помещений. А на рынке гостеприимства в Питере уже стало тесно.
Существует куда более значимая причина, по которой Университет Поленова есть лакомым куском для поглощения.

В Две тысячи восемь г. Владимир Владимирович Путин подписал распоряжение о выделении 9,5 млрд. рублей на постройку двух новых строений университета на севере Санкт-Петербурга. Первые же попытки освоить столь жирный калач стали причиной скандалу, уголовному серии и делу судов.

Проект было заглох, но в апреле Две тысячи четырнадцать г. управление университета озвучило данные оего возобновлении. А через месяц прилетело ответ о реструкуризации. Так, осваивать казённые миллиарды выпадет управлению нового учреждения, костяк которого составят управленцы Центра Алмазова.
Не правда ли экономия на тяжёлых больных особенно цинично смотрится на фоне виражей около бюджетных миллиардов.

Потому что оборудование и современные корпуса без настоящих докторов безлюдная трата денег. А новая идея запретить отправку больных за границу слабо сочетается с разгромом лучших русских клиник.

Размер имеет значение
Новая идея слияния медучреждений выросла на земле столичного опыта создания поликлинических комплексов. Этот опыт признан в целом успешным: при объединении Пятьдесят шесть поликлиник под единым началом значительно сокращалась административная надстройка.

Как траты: и следствие на хозяйственную деятельность стали более прозрачными.
Но объединение поликлиник и больших научно-исследовательских университетов это совсем вторая история.

В то время как доктор филиала обязан ожидать руководство из командировки, чтобы испросить разрешения на операцию, это как раз те случаи, о которых мы иногда слышим на поминках. Например, известно пару прецедентов, когда в отлично оснащённых поликлиниках теряли судьбе детей из-за несложной процедуры по катетеризации подключичной вены. Существует недорогой аппарат, что способен сделать этот акт надёжным. Но, чтобы растолковать его необходимость Минздраву, нужно исписать тонны бумаги.

А люди умирают .
Государственныхы служащих Минздрава в чём-то можно понять: правительство Медведева поставило перед ними две взаимоисключающие задачи уменьшать затраты на здравоохранение, повышая оснащённость поликлиник. Исходя из этого и ответы предлагаются под стать. Например, столичный НИИ психиатрии и Национальный научный центр наркологии присоединят к ГНЦ им.

Сербского. Второе масштабное слияние так называемый Федеральный медицинский исследовательский центр им. Герцена. Он образован путём присоединения Медицинского радиологического научного центра и НИИ урологии к Столичному научно-исследовательскому онкологическому университету им. П.А.

Герцена. Минздрав также собирается объединить НИИ микробиологии и эпидемиологии им. почётного академика Н.Ф. Гамалеи и НИИ вирусологии им.

Д.И. Ивановского. Регистрационные и организационные процедуры также должны быть закончены до Один ноября Две тысячи четырнадцать года.

И, по всей видимости, это лишь начало.